Содержание
Квартира по проекту Кирилла Истомина — Интерьер с обложки
Квартиры
Кирилл Истомин умеет убеждать своих заказчиков словом и делом. Сложно поверить, но этот интерьер замышлялся хозяевами как черно-серый.
Анастасия Ромашкевич
Кирилл Истомин поддерживает здоровый баланс между работой и личной жизнью с тех пор, когда это еще не было мейнстримом. Поэтому не очень любит оформлять интерьеры для друзей. “В этом есть своя прелесть, но это сложно. Вам надо выбирать диваны и обои, а для заказчика это прелюдия к последующему походу в ресторан и дружескому общению”, — говорит декоратор. Эта квартира — всего третий такой случай в его практике, и возник он непредвиденно.
Кирилл Истомин.
Друзья Кирилла и его жены Натальи — нью-йоркская интернациональная пара (она русская, он американец итальянского происхождения) — после очередного пополнения в семье купили соседнюю квартиру и объединили их в одну. Приглашенные архитекторы полностью перекроили планировку, сделали везде белые стены, поставили в общей зоне лаконичную и тоже белую кухню, а на пол постелили антикварный французский паркет, который, как отмечает Кирилл, здорово подчеркивает характер помещения. “Хотя это новая квартира в здании XIX века, но есть ощущение, что паркет лежал здесь всегда”, — говорит декоратор.
Гостиная. Римские шторы из металлизированного льна сшиты на заказ и образуют абстрактную композицию-триптих. На подоконнике керамический кувшин работы Брюса Маклина и керамические скульптуры Эрика Астула. В простенке между окнами бронзовые торшеры со стеклянными фонарями по дизайну Марка Брейзир-Джонса, Maison Gerard. Журнальный столик из деревянных брусьев сделан на заказ; стул с фигурным деревянным каркасом по дизайну Кэрол Иган; желтое кресло по дизайну Нанны Дитцель.
Скорее всего, когда-то в этом доме был не то склад, не то какая-то контора, а в середине прошлого века его переделали под жилье. В пользу этой версии говорит чугунная колонна, сохранившаяся в одной из комнат, а также характерные лофтовые окна. Их здесь десять штук, и все выходят на одну сторону. С них-то все и началось. “Мне очень понравились эти окна”, — вспоминает Кирилл.
Фрагмент гостиной. На стене коллаж “Черные и белые цветы в вазе” Дональда Бехлера. Винтажные приставные столики из крашеного дуба с бронзовыми ножками по дизайну Тоби Аптона; настольная лампа 1950-х годов по дизайну Маурицио Темпестини; тарелка по дизайну Жана Кокто; кресло-ракушка с подставкой для ног по дизайну Нанны Дитцель, Дания, 1950-е.
Итальянские стулья XIX века с инкрустированными спинками обиты металлизированным льном (все сиденья разные). На стене керамические тарелки работы Брюса Маклина, которые были куплены в Лондоне. На столе ваза и позолоченные бронзовые подсвечники по дизайну Акилле Сальваньи.
Хозяин квартиры тоже был к ним неравнодушен и даже хотел оставить без штор — по словам декоратора, это вообще довольно типично для Нью-Йорка. Но родился другой вариант: три римские шторы с асимметричной аппликацией из металлизированного льна. Шторы имеют электропривод, поднимаются и опускаются одновременно, чтобы композиция не распадалась. Истомин сравнивает ее с триптихом — и правда похоже. Из той же ткани сделана и новая обивка итальянских стульев XIX века. Раньше они стояли в загородном доме, но хозяйка решила перевезти их в обновленную квартиру. А ее муж при этом мечтал о контрастном черно-сером интерьере (черный — вообще его любимый цвет). Идея позвать Кирилла возникла как раз в тот момент, когда стало ясно, что две эти идеи между собой не стыкуются.
Новую кухню сделали во время ремонта. Табуреты переехали из загородного дома.
На полу в квартире лежит антикварный французский паркет. Кресло с сиденьем из шерсти и шелкового фетра по дизайну Аялы Серфати; приставной столик из дуба с позолотой по дизайну Тоби Аптона, Maison Gerard; на стене картина Пола Дженкинса.
“Хозяева были озадачены ремонтом настолько, что о последующем оформлении особо не задумывались. Им нужно было закончить его к осени, чтобы дети пошли в школу, — рассказывает Кирилл. — Но в тот момент, когда черно-серое представление о будущем интерьере столкнулось с итальянскими стульями, пришло понимание, что нужна профессиональная помощь”. Декоратор состыковал противоречивые желания, отказавшись от монохромной палитры, но сохранив присущую таким интерьерам графичность. На это работают и уже упомянутые стулья со шторами, и сделанный на заказ шкафчик в прихожей, и купленная в Лондоне керамика в духе Кокто и Пикассо.
На стенах спальни обои из соломки, шторы из тюля букле, все Élitis; кресло и ковер выполнены на заказ; настольная лампа-облако по дизайну Аялы Серфати; пара приставных бронзовых столиков в форме листьев по дизайну Франка Эвенну.
Главная ванная. Стена облицована мрамором.
При этом в интерьере довольно много черных акцентов, а стены в общественной зоне так и остались белыми, хотя по большей части они спрятаны за искусством. Почти все эти работы покупались под проект в нью-йоркских галереях. Самая масштабная из них, которая заняла место за диваном в гостиной, была выбрана хозяином дома и оказалась настолько огромной, что пришлось заносить ее через окно. Картина написана густыми мазками — на фоне довольно мрачного пейзажа выделяется фигура в красном одеянии с причудливой маской на лице. “Искусство в этой квартире нельзя назвать спокойным, тут много драматичных работ”, — замечает Кирилл.
В прихожей коллаж Дональда Бехлера “Роза”; на комоде, который сделан на заказ в Париже, коллекция керамических бутылок Мэтта Меркеля Хесса.
В холле литография Фрэнсиса Бэкона и сделанная на заказ скамья.
Комната сыновей. Обои, Cole & Son; кровати с винтажными металлическими рамами, подушки из расписной кожи, Studio Four; римские шторы, Élitis. Прикроватная тумбочка сделана на заказ.
Кабинет. Керамическая лампа, Christopher Spitzmiller; столик из патинированной стали по дизайну Марка Брейзир-Джонса; кожаное французское кресло 1950-х годов. На столе коллекция французской керамики начала ХХ века.
Как повторить:
Фото: Адам Кейн Маккья
ТегиИнтерьерКвартирыКирилл ИстоминНью-Йорк
Интерьер от декоратора Кирилла Истомина
Кирилл Истомин
- Фото
- Из архива компании Kirill Istomin Interior Design & Decoration
Розовые подушки с зелеными оборками, столики на «цапельных» ножках-палочках, кресла с игривыми завитушками из золоченого каната, столы, застеленные металлическими скатертями, плинтусы, похожие на разбивающиеся о стены морские волны, и кораллы, кораллы, кораллы… Увидеть такой интерьер под лейблом Kirill Istomin — все равно что встретить своего начальника (который, казалось, даже дома соблюдает дресс-код Black tie), разгуливающего по офису в яркой гавайской рубашке и шортах. И удивиться, как ему идет новый образ. «Место определяет декор, — говорит Кирилл. — Эта вилла, стоящая в двух шагах от береговой линии, используется владельцами только летом. Хозяева приходят домой не с работы, а с пляжа — с песком на сандалиях и ветром в голове. Ту же легкость я постарался привнести в интерьер. Так здесь появились яркие беззаботные цвета и затейливые рокайльные формы.
- Фото
- Из архива компании Kirill Istomin Interior Design & Decoration
Дом 1960-х годов преобразился до неузнаваемости. На месте столовой раньше были комнаты прислуги. Истомин снес стены, прорубил новые окна и изменил конфигурацию потолка (он был двускатным). «Согласовать эти решения стало возможно только благодаря участию местных архитекторов, — говорит Кирилл. — В Италии очень сильна бюрократия». Панели из состаренного зеркала привезены из Нью-Йорка. Люстра в стиле Тони Дюкетта, стол из крашеного дерева в духе работ Карла Шпрингера и стулья на звериных лапах сделаны по эскизам декоратора. Разноцветный кант на сиденьях придает интерьеру очарование и легкость.
Несмотря на кажущуюся легкость, в интерьере все очень серьезно. Все предметы — либо антикварные, либо сделаны на заказ. Над созданием одного только карниза из морских ракушек и перламутра мастера корпели десять месяцев»
Карниз из ракушек и перламутра сделан по эскизам Истомина, Thomas Boog.
- Фото
- Из архива компании Kirill Istomin Interior Design & Decoration
Бра с муранским стеклом (Италия, 1930-е годы). На подстолье в виде раковины (Америка,1950-е годы) столешница, расписанная под розовый малахит.
- Фото
- Из архива компании Kirill Istomin Interior Design & Decoration
В доме нет ковров, а большая часть мебели «одета» в съемные чехлы. Поэтому она не боится принесенного с пляжа песка и морской воды». Несмотря на кажущуюся легкость, в интерьере все очень серьезно. Здесь нет ни одной готовой вещи. Все предметы либо антикварные, либо сделаны на заказ. Над созданием одного только потолочного карниза из морских ракушек и перламутра французские мастера корпели десять месяцев. Чуть меньше времени заняло изготовление сказочной красоты люстры с металлическими «кораллами», горным хрусталем и морскими раковинами. Эта люстра была создана по мотивам работ идола американского дизайна ХХ века — Тони Дюкетта*. «Поскольку предметов в доме не так много, я постарался каждый из них сделать необычным, — говорит Кирилл. — Я дал волю фантазии и принялся рисовать лавки-сороконожки и расписывать деревянные столешницы под не существующий в природе розовый малахит». Параллельно с проектированием мебели Истомин с азартом охотника выслеживал лоты на аукционах Америки и Европы и скупал все предметы, подходящие по тематике к «дому на море».
Винтажная лампа-ананас куплена в Париже. Подушка, Rose Cumming.
- Фото
- Из архива компании Kirill Istomin Interior Design & Decoration
«Парадная» часть дома. Зеркало работы Жильбера Пуальра куплено на Sotheby’s. Пуфы — на Christie’s. Два из них обиты бархатом тигровой расцветки, Christopher Hyland, два — превращены в столики. Кресла в раме из золоченого каната обиты бархатом, Clarence Housе. Диваны — тканью от Larsen и Clarence House.
- Фото
- Из архива компании Kirill Istomin Interior Design & Decoration
На столе — фарфоровый сервиз, Raynaud, и расписные постаменты с кораллами (Франция, XVIII век).
- Фото
- Из архива компании Kirill Istomin Interior Design & Decoration
Все детали интерьера ванной украшены кораллами. Шторы, Dedar.
- Фото
- Из архива компании Kirill Istomin Interior Design & Decoration
После реконструкции здание условно разделилось на две части — жилую (сюда включены гостиная и спальни) и «парадную» (в нее входят представительская столовая и гостиная для торжественных приемов). «Здесь феноменально яркое солнце, — продолжает Кирилл. — Удивительно, как сильно оно меняет восприятие цвета. Однажды нам даже пришлось возвращать ткани, привезенные из Лондона. То, что в Англии казалось «вырви глаз», здесь выглядело бледно. После этого случая материалы я выбирал на тон ярче, чем обычно, зная, что солнце это поглотит. Цвет стен, к счастью, подбирался на месте, поэтому перекрашивать ничего не пришлось. В этом проекте использовано много приемов, к которым я никогда раньше не прибегал. Например, венецианская штукатурка. В северных странах она смотрится аляповато, а здесь выглядит красиво и органично. Другой прием — покраска стен одной комнаты в разные цвета. Я не очень люблю этот ход, но здесь он пришелся к месту. Вообще в этом проекте многое было впервые. Такое «буйство фантазии» я мог позволить себе только в доме на море. В России подобные вольности не проходят. Впрочем, что я вам рассказываю, вы и сами знаете».
Не нужно относиться к антиквариату с излишним пиететом. Вещи должны работать. Любой, даже очень ценный предмет можно перекрашивать, перекраивать, переобивать, если этого требует новый интерьер»
- Фото
- Из архива компании Kirill Istomin Interior Design & Decoration
В спальнях типичные для Италии каменные полы заменены на деревянные. Плотные льняные шторы, Nina Campbell, продублированы деревянными ставнями. Настольные лампы, John Boone. Абажуры и подушки сделаны на заказ, ткань, John Rosselli. Чехол для кресла, Brunschwig & Fils.
Спальня хозяев. Ламбрекены в духе декораций 1930-х годов, лавка-сороконожка и подушки изготовлены по эскизам Истомина. Шторы, Scalamandré, сшиты в Нью-Йорке. Столик с деревянной «драпировкой» (Америка, 1950-е годы).
- Фото
- Из архива компании Kirill Istomin Interior Design & Decoration
Улов впечатляет. В расставленные сети попались настоящие раритеты. Например, зеркало работы знаменитого Жильбера Пуальра и комод Дороти Дрейпер. О каждом из этих авторов Кирилл может говорить часами. С невероятной теплотой и забавными подробностями, так, словно речь идет о любимых дедушке с бабушкой. Истомин отлично разбирается в истории декораторского искусства. Тем более удивительным кажется его, прямо скажем, вольное обращение с наследием прошлого. Старинное зеркало и консоль в хозяйской спальне он перекрасил в тон обивке кресел, а церковные подсвечники из золоченого дерева XVIII века оборудовал электролампами и вмонтировал в десюдепорты* в столовой. «Не нужно относиться к антиквариату с излишним пиететом, — говорит декоратор. — Даже самые ценные предметы, на мой взгляд, можно шкурить, перекрашивать, переобивать, разрезать и склеивать с другими, если этого требует новый интерьер. Вещи должны работать. Именно для этого они и создаются». Планировка виллы, построенной в 1960-х годах, типична для этих мест. Она представляет собой квадрат с патио в центре.
Кресла в чехлах с коралловым рисунком, Nancy Corzine. Винтажные зеркальные бра куплены в Лондоне. Для обивки большой подушки на диване хозяйка пожертвовала одну из своих расши-тых золотом восточных шалей. Старинные статуи и столики с ножками, как у цапель, —из коллекции хозяев.
- Фото
- Из архива компании Kirill Istomin Interior Design & Decoration
Хозяева приходят домой не с работы, а с пляжа — с песком на сандалиях и ветром в голове.
Ту же легкость я постарался привнести в интерьер»
Спальня хозяев. Кресла, реплика французских кресел 1930- х годов, обиты бархатом от Ralph Lauren. Антикварная консоль и зеркало выкрашены им в тон.
- Фото
- Из архива компании Kirill Istomin Interior Design & Decoration
Чесова Полина
Теги
- светлый
- Европа
Кирилл Истомин – Directorio Deco by Gloria Gonzalez
После получения степени в области изобразительного искусства в области дизайна интерьеров и декорирования в Школе дизайна Парсонс в Нью-Йорке, Кирилл Истомин начал свою карьеру в одной из ведущих нью-йоркских фирм по дизайну интерьеров, Parish- Хэдли. В 2002 году он основал собственную фирму «Кирилл Истомин Дизайн интерьера и декора» с офисами в Нью-Йорке и Москве. Сохраняя основное внимание на дизайне и оформлении элитных жилых и коммерческих интерьеров, компания управляет проектами во Франции, Италии, России, Казахстане, США и Великобритании.
Истомин известен своими яркими интерьерами, наполненными цветом, роскошными тканями и изысканными деталями. В сегодняшней беседе мы познакомимся с дизайнером интерьеров с самым роскошным взглядом,
.
Кирилл Истомин портрет Михаила Степанова
Уважаемый Кирилл, прежде всего хотелось бы узнать, когда началось Ваше увлечение интерьером?
Я решил стать дизайнером интерьеров, когда мне было около 8 лет. Меня очень вдохновил фильм «Травиата» Франко Дзеффирелли. Я был настолько поражен дизайном декораций, что захотел воссоздать что-то подобное самостоятельно. Моим первым проектом по декорированию были диванные подушки для террасы загородного дома моих бабушки и дедушки – я спроектировала круглые из разноцветных цветочных тканей на желтой основе с красной бахромой. Тогда мне это казалось полной сенсацией! Я думал, Дзеффирелли бы одобрил :)) ха-ха!
Крытый зимний сад с кушеткой Кирилла Истомина
Каковы ваши самые большие источники вдохновения?
Во время учебы в Parson’s я прошла стажировку в Parish-Hadley. Это был беспрецедентный опыт! В то время я был самым молодым стажером и единственным иностранцем, когда-либо работавшим в Paris-Hadley. Работы мистера Хэдли до сих пор вдохновляют меня. Я также восхищаюсь причудливой и утонченной красотой русского исторического декора и архитектуры 18-го века. Дворцы Санкт-Петербурга – вечный источник вдохновения.
Столовая квартиры Бэйба и Уильяма С. Пейли на Пятой авеню украсила Пэриш-Хэдли. Архитектурный дайджест Фотография Джона М. Холла.
Что касается украшения, как бы вы определили свой стиль?
Работаю во всех стилях и люблю цвет! Даже если это очень строгое современное пространство, оттенок цвета делает его ярким и привлекательным.
Загородный дом из сборника рассказов Кирилла Истомина. В кабинете дочери выставлена коллекция русских икон клиента. Декоративные подушки от Lee Jofa, а ковер из хлопка от Vandra Rugs. ВСЖ
Какой лучший совет вы могли бы дать тому, кто пытается начать свою карьеру в области дизайна интерьера?
Оформление интерьеров требует очень широкого образования, от технических и практических аспектов до более фундаментальных дисциплин, таких как история искусств. Чтобы выработать собственный стиль, нужно тренировать глазомер! С детства и до сегодняшнего дня я всегда любил смотреть книги и журналы и впитывать изображения. Молодым дизайнерам так повезло, что сегодня у них есть Instagram и Pinterest в качестве инструментов… У нас не было этого, когда я начинал много лет назад.
Дача, оформленная Истоминым. Совершите экскурсию по этому дому в китайском стиле. Фотография Фрица фон дер Шуленбурга.
Есть ли у вас какие-либо советы по сочетанию разных рисунков в одной комнате?
Я большой любитель смешивать разные принты! Это весело, но требует внимания для редактирования.
Фрагмент яркого микса узоров из проекта Истомина, которым он поделился в своем Instagram.
Кем из бывших и нынешних дизайнеров интерьеров вы восхищаетесь больше всего?
Я восхищаюсь такими легендами дизайна, как Анри Самюэль, Джон Фаулер, Роуз Камминг, Марио Буатта, Уильям Хейнс и Стефан Буден из Maison Jansen.
Спальня в Палм-Бич от Марио Буатта. Архитектурный дайджест.
Для получения дополнительной информации посетите http://www.kirillistomin.com
Русская баня, переполненная сногсшибательными тканями
Русская баня — или баня — — это что-то вроде национального заведения. В них традиционно рожали детей, и поэт Александр Пушкин утверждал, что они были «как вторая мать России». Тот, что в подвале Зимнего дворца в Санкт-Петербурге, был любимым местом Екатерины Великой для ее любовных свиданий с князем Григорием Потемкиным. А Петр Великий был таким фанатом, что настоял на строительстве одного из них на берегу Сены, когда посещал Париж в 1718 году. «Они не были такой уж частью моего воспитания, потому что я не всю жизнь провел в России», — говорит он. Подростком он переехал в Соединенные Штаты (его отец был консультантом по архитектуре во Всемирном банке) и начал свою карьеру в возрасте 18 лет в офисе знаменитой нью-йоркской фирмы по дизайну интерьеров Parish-Hadley. Он до сих пор очень ясно помнит свою первую встречу с ее легендарным руководителем Альбертом Хэдли: «Он посмотрел на мою работу и сказал: «Вау! Это самое красочное портфолио, которое я видел в своей жизни!»
Коробка коридорной двери выполнена в стиле, вдохновленном традиционными русскими деревянными дворцами XVI и XVII веков, с отделкой, окрашенной в цвет «Калифорнийский синий» Бенджамина Мура и украшенным рисунком Истомина. Двери обиты причудливым льняным полотном Clarence House.
Stephan Julliard
Во многих российских загородных домах до сих пор есть бань в глубине сада, и этот лесной особняк в закрытом поселке к западу от Москвы не является исключением. 9Баня 0077 просто несколько больше, чем большинство других — вместо простой сауны, эта также включает в себя прихожую, мини-кухню и высокую гостиную, где могут развлекаться клиенты Истомина, молодая пара с тремя детьми. Истомин мало что изменил в самом здании. Деревянные стены и потолки просто выбелили, установили новые двери с угловатыми рамами, скопированными с образцов XVI века.
Что же касается украшения, то Истомин наверняка пошел в город. Его вдохновением были декорации из оперы Сержа Дягилева «9».0077 Ballets Russes, Нормандская дача Ива Сен-Лорана и русское народное искусство. Он избегал исторической точности — его целью было вызвать в воображении идеализированное видение своей родины. «Это похоже на мечту о красивой, экзотической России, которой никогда не существовало», — говорит он.
Нажмите, чтобы увидеть больше диких тканей в этой русской бане
В центре внимания — огромная глазурованно-керамическая печь, построенная по проекту XVII века. Столь же экстравагантна люстра в гостиной — репродукция крашеного дерева конца XIX века.Макет X века он нашел в книге об архитекторе Николае Поздееве, наиболее известном благодаря Дому Игумнова в Москве, который сейчас служит официальной резиденцией посла Франции в России. В других местах представлено ослепительное множество тканей с узором за узором и множество оконных украшений.
Это ламбрекены, формами имитирующие оконные наличники теремов дворцов XVI века, и кресло-качалка с обивкой из лоскутного одеяла, приобретенная в поездке выходного дня в один из старейших городов России — Суздаль. Везде, где это было возможно, Истомин обращался к местным ремесленникам и интегрировал традиционные ремесла. Стулья расшиты поясами из национальных костюмов; подушки сделаны из винтажных шалей.
Диван, обитый стеганым льном Schumacher, изобилует деталями. Бахрома Samuel & Sons Loire Bullion свисает вдоль ступни, а подушки сидений отделаны бахромой Brunschwig & Fils Traviata Marabout.